?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: общество

Платон и его персонажи



Афинский философ Платон (427-347гг) осуществил блистательный синтез предшествовавших ему учений, от ничего не писавшего Пифагора до опять-таки ничего не писавшего Сократа, выразив свое миросозерцание как на языке логики и диалектики, так и посредством мощных мифо-поэтических образов. Для тех, кто склонен свысока относиться к последним, сошлюсь на Нильса Бора: наиболее глубокие истины требуют именно мифо-поэтического языка, как наиболее адекватного. Кто еще в истории владел обоими языками с таким совершенством как Платон, выражая важнейшие новаторские идеи на обоих? Уникальность Платона выразилась и в том, что практически все его тексты дошли до нас в полноте—и это одно из впечатляющих выражений восхищения ими философов 24 веков, нас от него отделяющих. Все сочинения Платона написаны в форме диалогов или разговоров, где среди участников—философы, риторы, политики, литераторы, актеры, рабы, взрослые и дети, тщательно выясняющие истину по самым важным вопросам онтологии, этики, общественной жизни. Главная роль часто принадлежит обаятельному, ироничному, логичному мистику, мудрецу-простаку Сократу, казненному в 399г. по приговору афинского суда за опасное вольнодумство в отношении богов. Ничего не писавшего Сократа в диалогах много, а много писавшего Платона, напротив, в диалогах нет вовсе, так что невозможно с достоверностью отличить платоновы идеи от сократовых, да и от идей других участников диалогов. Мы и не будем этого делать.

В контексте этой беседы меня интересуют далеко не все идеи божественного Платона, как его принято величать, но лишь тот аспект его учения, что связан с «рационалистическим треугольником», с необходимой импликацией рационального познания. Рационалистический треугольник (РТ), напомню, есть та минимальная онтология, что требуется разумностью веры в разум, веры в его неограниченные возможности и великое значение. Эта онтология, как было установлено в предыдущих беседах, включает, во-первых, умопостигаемую природу, не только репу на огороде, но большой космос, во-вторых, способного снова и снова продвигаться в космическом понимании человека и в-третьих, Того, Кто обеспечил такую нетривиальную возможность и ее значимость, Бога как Сверхразумного Создателя и как Небесного Отца. Рационалистический треугольник, таким образом, есть Бог, человек и вселенная, взятые в аспекте рационального познания; за деталями я отсылаю к предыдущим беседам этого цикла.

В предыдущих беседах мы установили, что уже учение Пифагора в значительной степени имплицировало этот треугольник: вещи суть числа, числа есть вечные идеи Бога, познание есть спасение. Мы говорили и об эфесском философе Гераклите, прозревавшим за вечнотекущим миром организующий и направляющий всё через всё Логос, совершенную Мудрость в образе Молнии или в образе пульсирующего трансцендентного Огня. Мы говорили об элеате Пармениде, установившим божественное двуединство: атемпоральной Полноты Бытия, погруженного в самосозерцание всесовершенного Единого, и живых богов, протягивающих руку человеку и спасающих его от всевластия иллюзий, богини истины и справедливости Дике, прежде всего. Что же сюда добавил Платон?

Платон не только принял то, что мы назвали РТ, но артикулировал и развил эту метафизику по всем трем направлениям. Во-первых, он принял и разработал разделение божественной сферы на вечное и живое, что уже было у Парменида. Во-вторых, своей теорией эйдосов, или форм, он разработал гераклитовскую коннцепцию логосов, или, на языке пифагорейцев, лежащих в основе вещей чисел. И в-третьих, он оставил мощную мифо-поэтическую образность смысла жизни как познания и роста в мудрости.  Вкратце остановимся на каждом из этих трех направлений платоновской мысли.

Разум требует единого архе, терминуса, первопричины мироздания. Платон называет его Благом. И действительно, терминус этического может быть лишь благом самим по себе. Но каким образом Благо может быть терминусом всего сущего, эквивалентным Бытию самому по себе? Да так оно и есть, учит Платон, ведь то, что мы находим в мире как зло, есть всегда дефицит блага; зло, стало быть, есть небытие, на фундаментальном уровне его нет. Фундаментальное Бытие т. о. и есть фундаментальное Благо, Единое Всеблагое. Но каким же образом из вечно равного Себе Единого мог произойти вечно меняющийся мир, включающий множество вещей? Для обеспечения связи атемпорального и временного, единого и множественного требуется посредник или ипостась следующего уровня, божество, обеспечивающее эту связь. Этот бог второго уровня сам должен действовать во времени, должен быть творцом, мастером мира, его Демиургом.   Платонов Демиург есть, судя по всему, предвечная эманация Единого, но он создает новое. Как это совместить? Возможно, он вечно создает и разрушает миры, подобно гераклитову пульсирующему Огню, но об этом до нас ничего от Платона не дошло.

Переходя к следующей, природной, вершине метафизического треугольника, подчеркнем, что Платон выделил эйдосы или формы вещей: их сущности, которые ум и усматривает. Эйдос заложен в вещь ее Творцом, и может быть усмотрен умом человека, высшим божественным началом в его душе. Таким образом, эйдос есть связующая сущность, общая всем трем вершинам РТ: Благу, где эйдосы вечно пребывают, Демиургу, по ним творящему космос, и человеку, их открывающему, познающему, созерцающему.

Миф о сотворении мира изложен Платоном в диалоге «Тимей», почти целиком состоящим из рассказа пифагорейца Тимея, нигде более не упоминающегося.

Вопрос, с которого Тимей начинает миф о творении, предельно радикален: Если Бог есть полнота Блага, то зачем он взялся творить что-то еще, творить мир? Ответ Тимея таков:

Рассмотрим же, по какой причине устроил возникновение и эту Вселенную тот, кто их устроил. Он был благ, а тот, кто благ, никогда и ни в каком деле не испытывает зависти. Будучи чужд зависти, он пожелал, чтобы все вещи стали как можно более подобны ему самому. Усмотреть в этом вслед за разумными мужами подлинное и наиглавнейшее начало рождения и космоса было бы, пожалуй, вернее всего.

Вначале Демиург вносит порядок, космос, создает богов, а те уже создают бессмертные души людей из благих семян, данных им Демиургом. Тела же производятся ими из предвечной материи, самой низшей среди сущего, и отсюда противоречия человека. Высшим назначением человека является восхождение к Благу через познание и созерцание все более высоких эйдосов, победа над низшими телесными началами и, как следствие, следующее рождение в более высоких мирах.  Душа свободна: ей открыт как путь восхождения к богам, так и путь деградации в последующих рождениях. Трусы и лжецы рождаются в следующей жизни женщинами. Легкомысленно умствующие материалисты рождаются потом чирикающими птицами, совсем чуждые философии—зверьми,  еще хуже думающие люди—пресмыкающимися. Но есть участь и для самых ленивых умом:

Четвертый, или водный, род существ произошел от самых скудоумных неучей, души которых были так нечисты из-за всевозможных заблуждений, что ваятелям тел стало жалко для них даже чистого воздуха, и потому их отправили в глубины – вдыхать тёмную воду, позабыв о тонком и чистом воздушном дыхании. Отсюда ведет начало порода рыб, устриц и вообще всех водяных животных, глубинные жилища которых являют собою возмездие за глубину их невежества. Сообразно этому все живые существа и поныне перерождаются друг в друга, меняя облик по мере убывания или возрастания своего ума или глупости.

Платоново учение о Благе и Небесном Отце Демиурге передавалось до самого конца античности, покуда цивилизация не рухнула в катастрофе «великого переселения народов». Христианство приняло ряд его важнейших аспектов, о чем у нас речь впереди.

В завершение приведем несколько обобщающих цитат. Медиаплатоник Альбин (Алкиной) в ~150г. после РХ писал в «Учебнике Платоновой Философии»:

Платон полагает, что драгоценнейшее и величайшее благо нелегко найти, а найдя – трудно объяснить всем. Это он изложил в беседе “О благе” избранным и особенно близким ему ученикам. Что же касается человеческого блага, то внимательному читателю его сочинений ясно, что он считает им науку и созерцание первого блага, которое можно определить как бога и первый ум… Платон не относит к числу доступных человеку благ счастье: последнее доступно божеству, а людям – лишь в виде загробного блаженства. Потому Платон и говорит, что по существу философские души преисполнены великим и удивительным и по отрешении от тела они становятся сотрапезниками богов и созерцают луг истины, поскольку уже при жизни им вожделенно знание ее и выше всего они ценят стремление к нему. Благодаря этому они как бы очищают и восстанавливают некое зрение души, потускневшее и ослабленное, которое, однако, следует беречь больше, нежели тысячу телесных очей, и оказываются в состоянии вознестись ко всему разумному.

Платон, таким образом, создал синтез предшествовавших ему философских течений, идущих от Пифагора, Гераклита, Парменида и Сократа, где на вершине смысла жизни стояло познание в свете божественного разума. Природный материальный мир, по Платону, менее заслуживал познания, чем мир чистых идей самих по себе: возможно, здесь кроется причина того, что пифагореизм-платонизм, породив великолепную математику, не дал старта математической физике: удивидельная фигура Архимеда является единственным исключением. Другой причиной такого рода могло быть платоново учение о космосе как теле вселенской души, что не способствовало постановкам радикальных экспериментов, вроде откачки воздуха. Платоново учение о прекрасных божественных формах в основе вещей, освобожденное христианством от заблуждений о низменной материи и живом космосе, с усилением идеи о связи Бога и человека, послужило в XVII веке философской основой рождавшейся физики.

вся современная наука (по большей части бессознательно) опирается на платонизм

писал выдающийся философ Семен Людвигович Франк. О том же говорил и один из отцов квантовой физики Вернер Гейзенберг. Среди русских авторов, связь платонизма с наукой детально прослеживал Александр Александрович Любищев в своих замечательных историко-научных книгах «Линии Демокрита и Платона» и «Религия и Наука», написанных в советское время—разумеется, в стол.

По слову крупного математика и философа прошлого века А.Н. Уайтхеда, вообще вся европейская философская традиция может быть смело охарактеризована как серия сносок к текстам Платона.

Об Одиночестве

С Прашкевичем: "Об Одиночестве", Дружба Народов, 5, 2019

Дорогие друзья, журнал «Дружба Народов» поместил очередной эссеистский дубль писателя Г.М. Прашкевича и вашего покорного… 

 
Originally posted by gabblgob at Мальчишечье мясо для пасти джихада

Об этом читать трудно, но об этом прочитать надо, хотя некоторые утверждения автора на первый взгляд звучат кощунственно. Мои комментарии выделены цветом и курсивом.



Часть I

Интервью у немецкого профессора Гуннара Хайнзона было взято по поводу выхода в 2003 году его сенсационной книги «Сыновья и мировое господство: роль террора в подъёме и падении наций» (Sohne und Weltmacht: Terrorism, Aufstieg und Fall der Nationen, 2003). Эта книга стала бестселлером во всем мире, но на английский язык (да и на русский тоже) до сих пор не переведена. Во вступлении к книге приводится цитата современного немецкого философа, считающего, что эта книга не менее важна и значительна, нежели «Капитал» Карла Маркса.

Автор — 63-летний профессор бременского университета, социолог, экономист и исследователь геноцида. Он написал множество книг о восходе и закате цивилизаций, начиная с Бронзового века, Древней Греции, ближневосточных и буддистских стран и кончая Холокостом и современной Европой.

В своей книге он даёт объяснение явлению, породившему (на первый взгляд) непредвиденную и необъяснимую волну терроризма и насилия, которая сокрушает в настоящее время наш мир, назвав это явление «злокачественным демографическим приоритетом молодёжи». Определение этого явления подтверждается элементарным математическим расчётом — сравнением количества мужчин в возрасте 40-44 лет с мальчиками в возрасте от 0 до 4 лет. Демографический сбой происходит тогда, когда на каждых 100 мужчин в возрасте 40-44 лет приходится меньше, чем 80 мальчиков в возрасте от 0 до 4 лет. В Германии это соотношение равно 100/50, а в секторе Газы — 100/464. Хайнзон использует термин «демографический сбой», чтобы охарактеризовать страны, которые будут неспособны сопротивляться приоритету молодёжи из других стран.

очень много букв, которые стоит прочестьCollapse )



Короче говоря, Запад не может защитить себя от исламского джихада, потому что он больше не в состоянии даже мыслить честно.

Но эту смертоносную мешанину в умах интеллигенции следует воспринимать, в свою очередь, в контексте глобального дипломатического процесса, который и сам воплощает в себе перевёрнутое мышление, раздувающее пламя фанатизма и пораженчества.

Следует снова и снова подчеркнуть, что причиной того, почему побеждают те, кто проповедует геноцидальный фанатизм, является тот факт, что западный мир не пытался бороться с ними и победить, а вместо этого с самого начала занимался их умиротворением.

Арабский и мусульманский мир давно понял, что если ему удастся сформировать нарратив, говорящий в его пользу, это позволит ему рекрутировать миллионы фанатиков на поддержку его дела, одновременно приведя в замешательство и деморализовав свои жертвы. И он более чем преуспел в этом деле.

Для Запада же подобное поведение – подлизываться к своим врагам, одновременно обвиняя во всём своих друзей (вспомним Мюнхен, 1938) – является дипломатической версией отсутствия иммунитета.

И это, в конечном итоге, убьёт его.

Использованы материалы сайта Morgulis.tv

"Карнавальная ночь" разом превратила дочь харьковских массовиков-затейников, двадцатилетнюю Люсю Гурченко в сверхзвезду советского кино. Красота, молодость, таланты, безумный успех - все совпало, все было дано. И тут ей поступает некое предложение - не отказать в сотрудничестве органам госбезопасности. Дело происходит в конце 50х - "оттепель", но власть органов в СССР всегда была громадной. Вот, Люся стоит на фантастической вершине успеха - и чтобы вдруг не полететь оттуда резко вниз, надо всего-то без лишнего шума поклониться кому следеует. И потом - сиять в самых лучших, мыслимых и немыслимых ролях, в окружении всенародной любви. Поклон же пусть и неприятен, но ведь и незаметен, и "все так делают". Да и чего от нее могло требовать такое сотрудничество? От звезды такого масштаба не требуют тривиальных доносов - для этого есть кто попроще. От звезд требуется работа экстра-класса - воспеть власть, заклеймить врагов. Им поверят - как никому. Одно такое "искреннее" выступление народной любимицы весит столько, сколько не весят пропагандистские трудодни всей идеологической серости вместе взятой. Склонить такую звезду к сотрудничеству - о, это высокий успех для товарища в погонах, есть ради чего стараться, и кому попало такую задачу не доверят. И вот - двадцатилетняя Люся дракону отказала. Она не могла не знать, что ей это дорого будет стоить - ей было страшно. У нее не было никаких оснований сомневаться в силе угрозы. Ну и жизнь тут же стала демонстрировать ей эту силу. Никаких первых ролей, поганые фельетоны с мерзкими карикатурами в центральной прессе - одумайся, Люся, не будь дурой, согласись с кем надо - делов-то - и все вернется, и снова все двери откроются, все люстры засияют, все владыки падут на колени. Но Люся так и не одумалась, так и осталась при своем "нет" - и при вытекающих из него безролье, углах и общежитиях, безденежье, крушения столь блистательно начатой актерской судьбы.

Через много лет, когда ей было уже сорок - звезда этой гениальной актрисы вспыхнула - и не менее ярко! -во второй раз. Удавалось ли подобное кому-нибудь еще?

PS
Когда я высказывал эти соображения некоторым знакомым, то нередко слышал в ответ решительные возражения, сводившиеся к тому, что можно назвать снижением тона, отрицанием подвига. Это неудивительно - такая сила духа, проявленная вдобавок не всенародно славимым суперменом с волшебным мечом, а девчонкой-актрисой, и совершенно неприметно для посторонних, не может не унижать зрелых мужей, с юности твердо усвоивших необходимость послушания дракону, безумия и бессмысленности каких-либо протестов. Кукиш в кармане, а в глаза "чего изволите?", потихоньку отползти от повинности - вот наши формы протеста, а твердое "нет" в глаза - это просто глупость какая-то. Ну и подвиги наши - только во славу власти. Собственно, только власть и выдает у нас бесспорные сертификаты подвигов. Так вот, выслушав все эти возмущения моим неоправданно пафосным тоном, я все же настаиваю, что Люся совершила подвиг, и подвиг высочайшего класса. Когда воин геройски гибнет в бою, его окрыляет единство с боевыми товарищами, с Родиной. На миру, как известно, и смерть красна. Когда диссидент идет в тюрьму за убеждения, поддержкой ему служит его партийное братство у себя в стране и за рубежом. Он - герой своего особого народа, и это братство имеет огромное значение. Люся же стояла совершенно одна, ее геройство было только личным, без какой-либо внешней поддержки. Более того - именно следование внутреннему голосу гарантировало не только материальные проблемы, не только падение с Олимпа, но и всенародное втаптывание в грязь - без всякой тени восхищения ее поступком с чьей-либо стороны. Подвиг Люси Гурченко есть отказ от власти над расстилающимся под ее ногами земным царством ценой поклона князю мира сего. Именно это и есть высший разряд подвигов. 

PPS
Дорогая Людмила Марковна, как здорово, что Вы посетили этот мир!

Profile

scholast
Алексей Владимирович Буров

Latest Month

October 2019
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Tags

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow